КаленДАРь - праздник на каждый день



Привет. Хорошо, если мы знакомы. Если нет — то социальные сети, в том числе дневники, существуют именно для того, чтобы люди знакомились.
Меня зовут Фиорино, сокращается до Фиори или Фио. Ко мне обращаются на «ты». Мне двадцать два. Я пишу лытдыбр с 2011-го года, с 2012-го играю в ролевые живого действия, с 2013-го учусь на литературоведа. В реальной жизни я подрабатываю редактурами и частными уроками, читаю книги и рассказываю истории. На дайри я делюсь впечатлениями о ролевых проектах, использую дневник по назначению для записи отдельных моментов из жизни и участвую в летних ФБ.

Вирнали — мой здешний ник — персонаж моей книги. Она — не я, но бывает, что я радуюсь, когда меня называют её именем.

ПЧ приветствую только этим эпиграфом. Добро пожаловать.
URL
22:31 

Read-list

...И дом мой уже не дом мой. (с)
22:24 

Кино-2018

...И дом мой уже не дом мой. (с)
22:16 

...И дом мой уже не дом мой. (с)
— Напомни, этот парень, альбинос, как его зовут? — спрашивает матушка из соседней комнаты.
— В смысле? — удивляюсь я.
Потом различаю фоном характерный саундтрек.
— Ну, этот, второй, как их, Слизерин?..
— Малфой. Драко Малфой.

Впервые я ночую дома в новом году третьего числа.
Матушка смотрит очередную часть «Гарри Поттера» и готовит мясо. Часть семьи уезжает в Беларусь. Все болеют.

В глубокую новогоднюю ночь я сижу с ногами в кресле и читаю «The Remarcable Rocket».
В этот раз мне дарят несколько книг к одному празднику, это радостно.

Первого утром мы жжём на кухне два последних бенгальских огня, искры разлетаются с шипением, гаснут на столе, на моих руках.
Первого днём я читаю в метро рукописный дневник вымышленного человека.
Первого вечером мы с Л. отправляемся на поиски огонёчков и попадаем на пешеходной Тверской на Изнанку Москвы. Фигуры в костюмах раскланиваются, красные шёлковые птицы парят над фонарями, игрушечные солдаты в валенках скачут на игрушечных лошадях. Играет то ли бурятский, то ли тувинский этно-рок. Скалящиеся маски, яркие волосы, куклы, русалки, мишура, бумажные короны. В воздухе взвесь, но дождь пока не моросит. Жестяная луна вращается высоко в небе.

Второго днём я пишу книгу.
Второго вечером я с гитарой и тыквенным пирогом продолжительно ищу чужой подъезд. Небо над Ленинским сумасшедшее: полосатое, как желе, светло-зелёное, жёлтое, малиновое. Мы едим бабушкины бискотти (тм), что-то обсуждаем, смотрим эстетичные клипы, над чем-то смеёмся, поём Аквариум. «Но какая именно часть слова "уйди" тебе непонятна?». «Нежный, как ночь, мрамор плечей её». Местные коты настороженно-наглые, норовят пробежаться галопом по столу и утечь в укрытие.

Третьего утром у меня практически не ходят ноги, поскольку надувной матрас — орудие медленного убийства, и я преодолеваю путь к метро через площадь с Гагариным очень медленно. На Краснопресненской пустынно. Идём в кино большой компанией на последние Звёздные войны, и фильм мне нравится безотносительно вселенной, а, может быть, как раз из-за неё. Вся последняя серия (в значении «последовательность фильмов») с 15 года перестала быть сказочной. Много повстанцев, много бессмысленного героизма, много самопожертвований, можно мне скидку на индивидуальную предвзятость по отношению к теме. Меня снова начинают интересовать вопросы наподобие особенностей конструкции X-Wingов и количества зарядов в типовом бластере.

Четвёртого я пересматриваю Звёздные войны, чиню тумбочку, таскаю из холодильника оладьи, пересматриваю ещё Звёздные войны, чиню плиту, хочу снова убежать приключаться, но не справляюсь с собой и остаюсь лежать, и в таком состоянии меня и настигает диплом Софи.

Год начинается с долгой паузы. Потом она прекратится.

@темы: "в небе по-прежнему осыпались галактики"

20:34 

Под занавес

...И дом мой уже не дом мой. (с)
А в наступающем через три часа новом году я желаю себе, тому человеку, который едет сейчас в полупустом трамвае и чувствует себя плохо и неуютно:
— закончить институт, не закусив при этом унылым журналистом, к которому меня распределили в семинар;
— дописать книгу;
— починить отсутствующий тайм-менеджмент, пунктуальность, самоконтроль и наличествующий невроз до кучи;
— раздать долги;
— помнить, что Кант, разумный кёнигсбергский чувак, был прав;
— быть честным с собой и с другими;
— никогда не жалеть времени на работу ради благого дела и на моральную поддержку для близких;
— съездить в горы;
— поставить какой-нибудь ролеплэй, чтобы жизнь мёдом не казалась.

А всем остальным желаю просто быть счастливыми.
С наступающим!

@темы: ничего страшного нет

18:06 

Итоги года-2017

...И дом мой уже не дом мой. (с)
01:19 

Огонь придёт - весь город будто в блёстках твоим последним светом озарён. (с)

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Год, в который ничего сверхъестественного не произошло, был напряжённым и неподъёмно тяжёлым.
Было много открыток – это символ. Немало светлых моментов — и адского бэкграунда между ними.
Две смерти (не в ближнем кругу). Не выношу органическую смерть и похороны отдельной строкой.
Недописанная книга, несданный диплом, незавершённость, неоконченность, незакрытые гештальты.
Неудачный — за редкими исключениями — ролевой сезон.
Много людей, мно-жест-во, по нескольку встреч на неделе. Видимо, это и есть моя норма.
Столько же хороших книг.
Потратил самоконтроль и музыкальный вкус в нули.
Любовь как понимание, как попытка не утонуть, как злосчастный интерлинк во всех значениях этого слова, как возможность повернуться спиной и/или рыдать в чужое плечо, не желая при этом провалиться сквозь землю.

Двенадцать сфер небесной ебанистики

@темы: фм, ничего страшного нет, аморальное право

01:12 

Ролевые итоги-2017

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Театр закрывается, нас всех тошнит (с)

Планы-2018

13.01. — Beauty in the eyes of the beholder — перенос
27.01. — Цена свободы: после выстрела. (Игротех)
02.02.-04.02.2018 — И обратной дороги не будет. Вадим Варламьевич Дарс, госслужащий.
24.02. — Hold your breath! Ив Цыганка, квартмейстер.
7-8.04. — Тургор. Последний удар сердца. Янтарь.
18.05, ночь — Бояться нечего. Мариус Константин, врач.
16.06. — Ангст.
06.-08.07. — Альмерин. Закат Империи. Ингелин, Голос Революции.
08.-15.07. — Наруто. Городовка. Игротех. (???)
15.07. — Хроники Края. Хромоножка, матрос. (???)
11.-12.08. — Каннареджо. Фабрицио Росси, механик.
08.09. — Вселенная 25. Мэсс, гопница с завода.
20.10. — Я и Ты. Ян.

@темы: РИ, "смесь любительского театра с психологическим тренингом"

19:58 

РЭволюция

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Злых людей нет на свете. (с)

Андреас не умеет писать дневники — короткие заметки на планшете или обрывочные рассуждения на диктофон.
Андреас не умеет испытывать отрицательные эмоции — только любить.
Андреасу никогда не жаль времени на работу во благо общего дела и на моральную поддержку для других.
Для установления прочного эмоционального контакта с человеком Андреасу нужно полчаса.
Да боже ж мой, почему я не Андреас.

Заметки с разных технических девайсов

72 год

73 год

Игроцкое

@темы: союз арфы и мясорубки (с), аморальное право, РИ, "смесь любительского театра с психологическим тренингом"

23:49 

Лишняя лирика

...И дом мой уже не дом мой. (с)
— Kupie ci karpie do wanny.
— Karpie diem!
(с) Legendy Polskie

***

С неба с лёгким сухим шелестом инструмента-дождепалки сыплется белая крупа.
За серыми набивными тучами косо мелькает солнце.
Я стою на предпоследней ступеньке шаткой алюминиевой стремянки — последняя упирается в ствол яблони. Собираю в полу куртки мелкие золотистые яблоки — не помещаются в корзинке; они пахнут мёдом и палыми листьями.
Косое солнце тёплое — оно греет мою руку, тянущуюся к веткам.
Мелкая белая крупа шелестит, цепляется за капюшон, пробирается за шиворот.
Это похоже на сон, в котором всё хорошо.

2017 — первый год, в который я начал определять вылазки на дачу словом «умиротворение».
С появлением усадьбы «Три Сарая» треугольные шесть соток приобрели обаяние тайны мироздания.
Остров Авалон, золотистые яблоки и полностью золотые на просвет сливы. Осока шуршит на ветру. Шишки хмеля на кустах сирени.
Я всегда не хочу уезжать.

***

@темы: ничего страшного нет, вода голубая, потому что в ней отражается небо

00:17 

Something literary happening

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Разумный голос в моей голове говорит: «Окончи специалитет, прежде чем оценивать свои шансы пройти в магистратуру, мудак», но кто он такой, чтобы его слушать.
Он же добавляет страдальчески: «Два диплома, научный и творческий, ты снова забыл, что их д в а!».
По-прежнему без внимания. Пять лет занимался книгами, могу и семь.

Работа — вот те удивительные люди, которым плевать, жив ли я, здоров ли, в каком я состоянии и на каком дне валяюсь. Их интересует, приду ли я в воскресенье, и если да, то на сколько, и если на полтора часа, то платить мне сразу или постфактум на карточку. И могу ли я прокомментировать школьную программу по литературе для восьмого класса.
Флэшмоб добра в дайри (чужие на него ответы, сам-то флэшмоб я ещё не дописал) доказал, что я текст. Читать книги и рассказывать истории, я же всегда этого хотел. Посты, тексты, речь, манера — это запоминается, потому что оно настоящее, а остальное можно выдумать с нуля. Стиль важнее сюжета. (Весь мир — текст и дискурс, нашёл чему удивляться.) Я существую только в момент, когда говорю. Прочитали, перелистнули, забыли.
Ау, температура, ты слишком наглая, перестань высказываться за меня.

Я в первый раз на семинаре услышал от завкафа, что судьба моя — изображать из себя великого деятеля интернета, а вот эстонский коммунист станет Настоящим Писателем.
Впервые в жизни меня упрекнули в том, что я — персонаж. Исторический день. Красным в календаре.

О том же тем же языком

@темы: "книги должны быть тяжёлыми, ведь в них заключён целый мир"

19:57 

Да это же флэшмоб, кто бы мог предположить

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Спасибо ленте, что спасает в этот холодный вечер.

27.09.2017 в 13:42
Пишет Платошка:

Этот флэшмоб действительно стоит того, чтобы его начать :)

Каждому, кто отметится в комментариях, расскажу, за что его люблю, чем он делает мой мир лучше.

URL записи

Не мастер говорить людям хорошее, хотя последний мой черновик на пару тыщ символов примерно об этом.
Хочу немного восполнить баланс и принести в мир добра.

@темы: фм

00:26 

что такое осень это небо холод сырость слякоть и грязища

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Море швыряет нам наши убытки: изодранный невод,
Сломанное весло, исковерканный котелок для омаров
И лохмотья неведомых мёртвых. Море многоголосо.
В море много богов, и море многоголосо.
(с) Т. Элиот «Четыре квартета»


Это снова я, и я всё так же не люблю промозглую сырость, ранние сумерки, опадающие листья, монотонность, медленное умирание и период с сентября до первого снега.

Память подводит настолько, что я схватился за ежедневник.
Ежедневник занимает в сумке немного места — линованная тетрадь из Фикспрайса, в твёрдой обложке с небоскрёбами и такси на вантовом мосту. Далеко за домами на большом сером фрагменте фонового неба Софи нарисовала симпатичного монстра, поедающего игрушечные машинки.
Расписываю теперь дела на неделю — семинар, ремонт одежды, доклад, беседа с научницей, уборка, ученица, ещё ученица, отдать У. сумку, написать объявление в группы поиска музыкантов.
В дайри тоже пишу, чтобы не забыть, что была осень, сентябрь, когда я жил один, учился и работал. Дни стояли солнечные, ночи — холодные.
(Выкидывает моментами в первый-второй курс, когда тоже ходили в последние ясные дни на Патрики, когда все доклады брали вдвоём.)

В среду после пар и работы вечером заглянул на Савёловский чинить технику, прогулялся с приятелем, зашёл за продуктами и поймал себя на мысли, что вырос обычным взрослым человеком.

Вчера в ночь был Мабон.
Основная моя ассоциация с кельтскими праздниками — сетевая флэш-игра «Цена Свободы» и её бесконечные праздничные акции. Открываешь заставку и тут же получаешь десяток уведомлений в лицо: собирать тыквы! ленты! детали! огонёчки! Непонятно зачем, но надо было уже вчера сорок штук! Успей получить призы, которые сразу же после вывесят в официальной группе!
Я в последние несколько лет отмечал только Самайн, огнём и яблоками, но этот год штампует памятные даты — видимо, очень хочет запомниться.
Промелькнул Бельтайн, белый и искристый, и летняя водная Лита с хвостом закатных облаков над рекой.
Осеннее равноденствие получилось хлопотливым и беспокойным. Встречи, люди, дела, две чашки кофе (сердце снова делает вид, что спотыкается и болит), Фаевский, ещё четырнадцатого года, рецепт тыквенного пирога, жжёный сахар и сложносочинённый плейлист. Красная свеча. Длинная муторная ночь плохих снов.

Вот и наступил последний год, когда завкаф достаёт нам контрамарки в театр. От его щедрот я сходил в РАМТ на «Демократию», сравнительно новую постановку о политике.
На свой вкус, рекомендую посмотреть. Там нет ни одного женского персонажа на сцене и ни одного реалистичного диалога, но спектакль хорош. Он на известный сюжет о Вилли Брандте и Гюнтере Гийоме — то есть о ГДР, ФРГ, конспирации и шпионаже. Ещё о любви, дружбе, уважении, сотрудничестве, доверии и тени великого человека.

Стоило бы говорить о том, что делаешь, только по факту, когда хотя бы начал. Я вот занимаюсь с людьми школьным курсом литературы («Раскольников зарабатывал на жизнь репетиторством», господи иисусе, в этой истории я Раскольников) и пишу научную работу о подростковых книгах — если вы дочитали пост до этого места, расскажите мне, какая книга из расплывчатой категории «для среднего и старшего школьного возраста» вам нравилась в пятнадцать лет?

Белый ватный туман над землёй, мокрый, оседающий на листьях, пытался меня есть по дороге от остановки автобуса, но съедобного ничего не нашёл и отступился.

Обратимый ли процесс — превращение человека в камень?
«Нет в мире того, что не было бы всем и ничем: еловой иголкой, певчей птицей, резным ключом, умирающим стариком, играющим ребёнком, каплей дождя, грязью в дорожной колее, гвоздем в горне, корнями в земле, зверем в логове, сброшенной змеиной кожей, ветром над долиной и звоном колокольчика на ветру. Нет никакой, ни малейшей разницы».

@темы: "в небе по-прежнему осыпались галактики"

01:24 

костёр

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Не всё ли равно на глупую рифму,
Когда на всех парусах по десятибалльной шкале
идёшь к красивому рифу.
Волны поют.
(с) Сплин «Шато Марго»


Долгое время не мог говорить — не было безопасных тем. Когда чувствуешь, что скажешь предложение, другое, попытаешься рассказать связную историю — и завоешь в голос.

Люблю дачу, железную дорогу, работу и своих друзей.
Ещё — игротешить на ролевых и распродажи в книжных магазинах.

Недавно, на первые сентябрьские, заехал на игру, где нужно было три дня аврально работать, с разбитыми коленями, бинтом на левой ладони и ортезом на правом запястье. Прогрессирующая асфальтовая болезнь.
Три ачивки:
@ жевал гнилое мясо
@ швырялся гнилым мясом в людей
@ получил пищевое отравление
Ещё отмывал ванну без слива. И спускался ночью по пожарной лестнице в тяжеленных косплейных ботинках на платформе.

На распродаже купил (мне купили) «Погребённого великана» в бумаге.
Гадать на книге бесполезно, выпадает одна фраза. «Разве то были не твои слова, принцесса? Что наша жизнь — это сказка со счастливым концом, и не важно, какие повороты судьбы к нему привели».
Пытаюсь представить, кого мог бы называть принцессой — один раз на бессмысленной паре, когда засыпаю, и в полусне мерещится рука, гладящая меня по затылку, мерещится ещё, что знаю ответ.
Хотя я и так знаю. Мою маленькую Изольду — в шутку.

Побывал на двух крутых мастер-классах, ювелирном и кожевенном; латунное кольцо с чеканной надписью «камень» кусает людей, которые его касаются. Надо купить серную пасту, вычернить надпись. Делать что-то руками очень затягивает. В Средние века я был бы ремесленником, жил бы впроголодь и рано умер. Не дождавшись открытия Америки и конца Реконкисты.
Амулет путешественника в моём рюкзаке переставляет произвольно местами районы Москвы, сплетает улицы, путает меня и человека со мной, сбивает с дороги. Кудатыидёшькудатыидёшькудатыхочешьприйти.

Когда кончается любовь, и начинается бардак,
ты вряд ли спросишь у меня,
а что мы делаем не так.
(с) Тикки Шельен


Приходят эти двое, друзья мои любезные, моют пол, плиту, посуду, руки; поют, едят салат, выходят на лестницу курить. Слушают мои байки по Сенкевичу — в дипломный год нам поставили славянские литературы.
Польский король Ядвига, литовский князь Ягайло и шляхта.
Ещё нам поставили ненужные писательские стратегии, издательское дело с преподавателем-непрофессионалом, красивую эстетику с Платоном по сотому кругу, редактуру, риторику и обж.

Ранняя осень богата на дожди и грибы, каждый, кто уходит в лес с пустым ведром, возвращается с наполненным опятами.
Мелованные страницы журнала в костре в бочке горят лазурным пламенем. Горящий уголь на ладони искрит, но не обжигает.
Едва не опоздал на электричку, когда по дороге к станции с молодых низкорослых елей обирал светло-зелёные кончики лап.
«Ржаво-рыжий отвар из котелка был вовсе не горяч, хотя с огня, а на вкус – как пряное грушевое вино.
На вопрос, что это, Къяре отшутился: закат, мол, догорал, а я поймал краешек да сварил».


Вы, говорит, писатель? А напечатайте свою книгу обязательно: поставите её на полку и радоваться будете.
А то как же, чужие же книги у вас стоят.

@темы: фриковальня, ничего страшного нет, "в небе по-прежнему осыпались галактики"

15:30 

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Дорогая лента, информационный вброс.

Как показывают оповещения дайри, сегодня у меня день рождения.
Этот год моей жизни был фантастический, мне очень нравится та книга, в которую меня вычитали прошлым летом 8 июля.

За минувшие двенадцать месяцев я, э, ну, слетел со стипендии? написал, как давно собирался, курсовик по «Пёсьему двору»? стал владельцем трёх разваливающихся сараев? научился прыгать через скакалку? пошёл на исторические танцы и упоролся? испёк солёную шарлотку? во второй раз вписался в команду на ФБ? танцевал на балу? полежал на дне заснеженного песчаного каньона? поучаствовал в мастерении двух ролевых игр? покрасил гроб в чёрный? встретил любовь всей жизни? понял, что нельзя выплёвывать овсянку через нос? разнёс ванную в собственной квартире?
Ачивка на ачивке и ачивкой погоняет.

Я очень благодарен всем, кто в это время был со мной: с кем мы недавно встретились, с кем подружились, тем, кого я знаю много лет — или несколько месяцев, тем кто был рядом каждый день — и тем, с кем мы говорили один раз.
Мир прекрасен и удивителен не в последнюю очередь тем, какие прекрасные и удивительные люди в нём живут.

Мой предыдущий день рождения был редкостным дном — ну, знаете, все эти авралы на космодроме перед стартом ракеты.
Так что в этом году я не праздную его компанией. Во избежание.
Если вы хотите меня поздравить, со мной можно договориться о встрече. (Или просто написать в любой мессенджер, как всегда удобнее сделать в наш век информационных технологий.) В ближайшие два дня я не в Москве, но потом возвращаюсь.


Пользуясь случаем, хочу поздравить других людей, с которыми паспортная дата рождения у нас совпадает.
Я поздравляю чудесную Ася Живаго, которая не только родилась сегодня двадцать три года назад, но и сегодня же в этом году получила работу, о которой мечтала. Ура! Пусть твоя судьба сложится хорошо, дорогой мой друг, и пусть тебе будет тепло под любым небом любых городов. (Потому что небо на самом деле одно, ты же знаешь.)

Я поздравляю самую настоящую революционерку Дашу, которая тоже родилась двадцать три года назад. Дело её очень важное. И пусть у неё всё получится.

И заодно поздравляю начальника моей сестры, который разрешает ей в рабочее время рисовать лемуров. Он мировой мужик, серьёзно.

@темы: "в небе по-прежнему осыпались галактики", базилик, но экстремал, и завопил благим матом

02:16 

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Уличный фонарь гаснет над моей головой. Потом гаснет ещё один — у следующего дома. И когда я дожидаюсь трамвая нужного номера (тридцатка, надо тридцатку, иначе я пойду в затон стоять в воде по колено, и случится что-то страшное, что мне не нужно) и автобуса номера подходящего и схожу у себя за тёмными дворами внутри угла улиц, надо мной снова гаснет фонарь — последний на границе освещённого пространства и чёрного неровного газона со скелетом спортплощадки.
«У МОЭК явно проблемы», — думаю я.
У меня явно проблемы.

Люди добегают до противоположных дверей автобуса, чтобы выходить подальше от меня. На мне чужое лицо из театрального грима, оно эффектное, отчуждённое, уставшее и злое. Оно состоит из белых пятен и чёрных провалов и легко воспринимается отдельно от меня.

И к этому всему я привёл себя сам. В некоторые места всегда приходишь сам, своими ногами.




Я не хочу больше так. Я больше так никогда не хочу.

@темы: аморальное право

22:05 

Традиционные десять дней до Альконны и ОБВМ во все поля. Позорных сонгфиков пост.

...И дом мой уже не дом мой. (с)
У меня есть только один голос,
И я хочу спеть всё, что я должен спеть.
Только одно сердце,
И оно не может отказаться,
Не умеет отказаться любить.
Не может, не хочет,
Не умеет отказаться любить.
(с)


Это была цитата из Аквариума, с вами радио «Нечисто что-то въ датскомъ королевстве», и здесь нечего спасать, честное слово, здесь нечего больше спасать.

Снился мне путь на Север,
Снилась мне гладь да тишь.
И словно б открылось небо,
И словно бы Ты глядишь…
Ангелы все в сияньи,
И с ними в одном строю
Рядом с тобой одна:
Та, которую я люблю.
(с)


UPD. Дорогие радиослушатели, это всё ещё группа Аквариум, вы на той же волне, начинаем вторую часть Марлезонского балета.

Everybody needs a prayer and needs a friend
Everybody knows the world's about to end
Everybody wants to know what the end will be
Everybody wants to look before they leap
(с)


UPD2. Знаете, мне самому уже не смешно, но мы продолжаем вещание. Если друг оказался вдруг, то ты, скорее всего, тоже. (с)

And I can see your fever's on the rise
I can see the waters in your eyes
And I can see the way the water leads
Love will lead us all to smithereens
(с)


Апокалипсис в Венеции
 

@темы: РИ, "хочу светить с тобою наравне", "смесь любительского театра с психологическим тренингом"

22:57 

Промежуточная аттестация

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Весна в этом году была огромная, цветная и забитая под завязку, как сумка с покупками с барахолки.
В неё уместились дождь, град, снег, ветер, сизые тучи, матовые закаты, ледяное стекло на кромках луж, запах черёмухи, берёзовый дым и галактика острова яблонь.
Уместились дурацкие забавные фильмы, катание по сцене на роликах в спектакле по Сэллинджеру, агрессивные электрические аранжировки мюзикла и пронзительные скрипки в «Лебедином озере».
Обсуждение рассказа, безумные правки к научной работе, Уэллс, Жан-простиегогосподь-Поль Сартр, курсовая о рыжем мальчике-революционере и синопсис диплома.
Светлая Пасха (смешной творожный кулич с голубой глазурью) и ровный, успокаивающий огонь свеч в ночь Бельтейна.
Традиционная поездка за кедами в Ашан.
Литературные четверги, смородиновое варенье, стихи, гора мягких игрушек на чужой кровати, «цветы твоих глаз синее».
Ученики, global warning, you see?, Ленин поднимал целину; кладовщик в книжном «Москва», офисы на Озерковской набережной.
Дымчато-серые кошки у подъезда.
Незнакомые люди на квесте, Чапаевский парк у громады Триумф Палас, переполненный ночной автобус.
Панорама Москвы со смотровой площадки у Академии Наук.

В неё уместились сотни историй, но я расскажу десять.

Да, в эту весну уместилась даже моя любовь — только, разумеется, не целиком: потому что весна конечна, после неё наступает лето, а у любви, как пели в одном ироничном мультфильме, не бывает границы.

В первую грозу я выбежал из проходной института на широкий тротуар — без зонта, в лужу по щиколотку — и запрокинул голову к небу. Плотный, серо-белый, пахнущий озоном ливень смывал всё, что не сожгло мягкое Бельтейнское пламя: страшную чёрную зиму, когда всё вокруг катилось в бездну, диагнозы, таблетки, чужие несчастья, проклятую цифру «полторы недели», любопытные взгляды, пропущенные дедлайны, поганое соулмэйт-ау, каких на Фикбуке в базарный день — полсотни в топ-рейтинге: когда другого человека корёжит, и тут же у тебя от боли в старом шраме отваливается нога.
Я шёл к метро под дождём абсолютно пустой и отрешённо-спокойный, в вагоне стоял у двери — с меня ручьями стекала вода. Писал самому дорогому для меня человеку, промахиваясь мимо клавиатуры на сенсорном экране, что под первой грозой обязательно, обязательно нужно промокнуть. В одно сообщение никак не умещался спонтанно нахлынувший на меня восторг.

В первый же июньский день в Тимирязевке (лесопарке, не академии) я вместе с велосипедом попал под проливной дождь.

Дождь — это здорово.

А у нас впереди целое лето и вся жизнь.

@темы: вода голубая, потому что в ней отражается небо, вверх, базилик, но экстремал, материальный мир

01:48 

Omnia fert aetas

...И дом мой уже не дом мой. (с)
Времени нет, времени нет, времени не существует.

Стою за кафедрой в исконно-нашей семинарской шестой. В чёрном викторианском плаще с пелериной. В красной рубашке. Портрет Герцена в солнечных пятнах сползает по стене. За первой партой С. — смеётся, глаза у неё прозрачные. Мне отчего-то важно, что именно она думает — продавец Фаланстера, человек, который пишет матом стихи. Лирику. Пронзительную, отчаянную, вопящую лирику.

Герберт Уэллс приезжал в молодое Советское государство в 1920-м по приглашению Каменева. Писал потом в родную английскую «Sunday Express»: Петроград — «Северная коммуна» — в разрухе после шести лет войны, в Москве лучше, но не намного. Переполненные трамваи, слепые витрины, общественные бедные столовые, детприёмники. Крестьянки молятся в церкви, на стене здания напротив плакат «Религия — опиум для народа!», а им не прочесть: безграмотные. И никто не знает, что будет дальше: то ли через год разберут запасники и сделают мемориальные музеи в петроградских особняках, то ли голодные жители городов разбегутся по стране, «города опустеют и обратятся в развалины, железные дороги зарастут травой». Дорогие западные читатели, рафинированные цивилизованные народы, на нас падает тень, а если эта махина рухнет окончательно, облако пыли надолго закроет нам солнце. Это же провал, это пропасть страшенная. Никто не хочет в пропасть. А большевики детей не едят, дорогие западные читатели, они детей географии учат. Они честные, смелые, хоть и дилетанты, они мировую революцию ждали. Дорогие западные читатели (особенно в США, если таковые наблюдаются), вы подумайте, может быть, сделаем что-нибудь — ведь погибают ко всем чертям вместе со своей страной неплохие, симпатичные в чём-то люди.

А в 1925-м году Булгаков пишет — дописывает, пытается опубликовать, бесполезно — «Белую гвардию». Почти о том же. Как погибают вместе с Городом ко всем чертям люди: честные, смелые, хорошие, воспитанные (что с того, что не красные и не белые). Дорогие читатели, ну, хотя бы посочувствуйте им, если не принимаете.

Дорогие читатели, западные, советские, марсианские! Последняя сводка: времени нет и не было. Ближайшее воскресенье ничем не отличается от воскресенья в начале мая, когда шёл снег, и ещё от того дня, когда Турбины сожгли в печи «Капитанскую дочку». Пространственно-временной континуум измеряется вечностями.

Простой пример: полторы вечности вечностей назад мне хотелось плакать над стихами о войне — а потом я вообще перестал воспринимать слова, написанные с разбивкой на строки.
Вечность вечностей назад открыли метро Сокольники. Утро было яркое. У входа дежурила конная милиция. Дамы в круглых шляпках, военные в форме, деклассированный элемент в тельняшке и с гармонью. В толпе воровали кошельки. Из окон здания у метро фотографировали церемонию открытия на телефоны. Пресса потеряла оператора телеканала «Звезда». Или нет, его потеряли позже, в позапрошлой вечности. На станции играл духовой оркестр, продавали газировку из стеклянных конусов. Жёлтый протопоезд в два вагона уехал в другую, более позднюю вечность, в которой существует метро Саларьево.

В прошлой вечности ты поцеловала меня и выскочила из вагона обратно на платформу. Как же давно это было, господи.

Преподаватель, интеллигент типа постаревшего Мышлаевского, входит в аудиторию со звонком. Ждёт, пока звук стихнет, и декламирует с усиленной артикуляцией: «Река времён... в своём стремленьи... уносит все дела людей. И топит в пропасти забвенья... народы, царства и царей». Делает паузу. «Ну что же, друзья, будем сдавать курсовые?».

Будем. Определённо, будем.

@темы: ничего страшного нет, "в небе по-прежнему осыпались галактики"

15:18 

Read-list

...И дом мой уже не дом мой. (с)
22:47 

Господи, я же всего лишь лирик (с)

...И дом мой уже не дом мой. (с)

ветер крепчает

главная